Обладатель самых голубых глаз в истории Голливуда.

Личный враг президента Никсона. И, пожалуй, самый здоровый, лишенный комплексов, фобий и неврозов актер. Что, впрочем, ничуть не портило Пола Ньюмана! Исполнителя главной роли в фильме «Афера».

Своего единственного «Оскара» Пол Ньюман получил с седьмой попытки, сыграв в «Цвете денег» Мартина Скорсезе бильярдиста, испытывающего проблемы со зрением. Возможно, на этот раз академики оказались к нему благосклонны именно потому, что стариковские очки, в которых полфильма разгуливает «Быстрый» Эдди Фелсон, потушили сияние самых голубых в истории кино глаз на лице, которое сравнивали с лицом античной бронзовой статуи. Теперь никто не мог сказать, что «Оскар» достался ему за красивые глаза.⠀

«Слишком красив» – этот приговор едва не поставил крест на его кинокарьере. Его ровесник Марлон Брандо стал звездой на пять лет раньше. Джеймс Дин – на шесть лет моложе – уже промчался падающей звездой по экрану, а Ньюман все еще играл на Бродвее.

Только смерть «бунтаря без причины» открыла ему путь в кино. Он должен был подавать Дину реплики в телепостановке о боксе, но Дин погиб едва ли не накануне съемок: Ньюман, поупрямившись, заменил его. Увидев постановку, Роберт Уайз отдал ему главную роль в «Кто-то там наверху любит меня» (1956). А ровеснику-удачнику Ньюман сполна отомстит, охотно раздавая от имени Брандо автографы поклонникам, перепутавшим двух звезд.⠀

Кто-то там наверху действительно любил Ньюмана. Во время войны экипаж бомбардировщика, на котором он летал радистом, погиб при атаке камикадзе на судне, которому надо было преодолеть какие-то 75 морских миль. Уцелел лишь он, в последнюю минуту отозванный с судна из-за болезни другого летчика. Но, словно подтрунивая над ним, кто-то там наверху наградил обладателя легендарных глаз цветовой слепотой.⠀

Ньюману мешала не только красота. Начало 1950-х – время underplaying, актерского бормотания, сонных лиц, расслабленной пластики: на этом фоне казалось, что Ньюман слишком старателен, поминутно заглядывает в главу о «сверхзадаче» из учебника актерского мастерства.

Когда его спрашивали о причинах крепости полувекового брака с актрисой Джоанн Вудворд, он пожимал плечами: «Сам не знаю, что она мне такое подсыпает в еду». На вопрос об изменах чеканил: «Стоит ли давиться гамбургерами вне дома, если дома тебя ждет бифштекс?» Так же грубовато этот любитель розыгрышей снижал пафос своих колоссальных общественных проектов.

«Бессовестная эксплуатация ради общего блага» – девиз его компании Newman’s Own. 250 миллионов, заработанных на соусах и заправках, ушли на благотворительность. В 11 созданных им оздоровительных лагерях побывали 135 тысяч тяжелобольных детей. Но благородство – это так скучно. Гораздо интереснее было бы, если бы Ньюман просадил свои деньги на кокаин, но крепче травки он ничего не пробовал.

Никто из актеров не удостаивался чести попасть в число личных врагов президента США. А Ньюман оказался под 19-м номером в списке самых вредных для Ричарда Никсона персон, составленном президентским советником Колсоном, одним из «героев» Уотер гейтского скандала в 1971-м. Ньюман считал это главной своей наградой.

Но полагал: Никсона уязвило не столько то, что актер поставил свою славу на службу демократам, сколько записка, обыгрывающая издевательское прозвище будущего президента и оставленная на ветровом стекле никсо новского «ягуара». Когда речь шла об убеждениях, его щепетильность граничила с абсурдом.

Он отказался от любимого пива Coors и перешел на Budweiser, когда узнал, что пивовары якобы финансировали гомофобскую кампанию певицы Аниты Брайант. Впрочем, через несколько лет, убедившись, что его ввели в заблуждение, с облегчением вернулся к привычному напитку.

Никто из актеров не добился таких успехов, как Ньюман, в столь жестком спорте, как автогонки. Да еще и занявшись ими профессионально под пятьдесят лет. Да еще и участвуя в изматывающих суточных гонках. «Я был плохим боксером, плохим футболистом, плохим теннисистом.

Плохим игроком в бадминтон, плохим лыжником, плохим хоккеистом». «Только за рулем я чувствую себя в своей тарелке», «мне кажется, что именно тут ко мне возвращается моя врожденная грация». К тому же в гоночных боксах никто не просил у него автографы: гонщикам было просто наплевать на то, чем он еще там занимается.
Начало 1950-х – еще и время невротиков, а его актерский темперамент ни в коем случае не был невротическим. Играть хрупких слабаков, задушенных своими комплексами, все-таки пришлось: прежде всего, конечно же, в экранизациях тогдашнего властителя дум Теннесси Уильямса – «Кошке на раскаленной крыше» и «Сладкоголосой птице юности» Ричарда Брукса. Но это были не настоящие герои Ньюмана. Настоящих он сыграет позже: целеустремленных или вздорных, властных или мятежных, не важно – романтических или грязных.

Но, конечно, больше всего мешали и до сих пор мешают – уже не карьере актера, а попыткам понять его – эти проклятые переменчивые глаза. Они, как пресловутая улыбка Гагарина, заслоняют его. Обладание ими кажется чуть ли не главным событием его жизни. Впрочем, отчасти так оно и есть.

Источник

Добавить комментарии

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector